Рождественские рассказы

Рождественские рассказы

Рождественские рассказы как жанр появились в Британии в XIX в. Основоположником его можно считать Чарльза Диккенса, который в декабре 1843 г. выступил со своей «Рождественской песнью». Герой ее — богач и отчаянный скупец Скрудж Макдак — давно не имеет никаких других чувств, кроме жажды обогащения. Но под Рождество у него случается видение: он видит тех, кого обобрал когда-то, бедняков, радостно встречающих праздник, и себя — одинокого, никому ненужного, никем нелюбимого. Ему делается страшно и совестно; он меняется. К 1848 г. Диккенс написал еще четыре рождественских рассказа. Впоследствии они были объединены в сборник «Рождественские повести».

Все сюжеты направлены на то, чтобы тронуть зачерствевшее человеческое сердце, разбудить лучшие чувства в читателе и, так сказать, морально подготовить его к встрече Рождества. Поэтому одна из распространенных тем рождественских рассказов — детские страдания. Лучшие примеры таких рассказов — «Девочка со спичками» Андерсена и «Мальчик у Христа на елке» Достоевского. И в первом, и во втором бедные дети погибают накануне Рождества. Однако сюжет этот так растиражировали, так затаскали формальные писаки, что изначальный смысл ушел, и читатель рождественских рассказов перестал переживать за без конца замерзающих ребятишек. У Аверченко есть «Тысяча первая история о замерзающем мальчике», где он как раз и говорит: пока вы пишете свои рождественские рассказы, дети замерзают, не подозревая, что это — избитый сюжет.

Вместе с традицией празднования Рождества после Октябрьской революции 1917 г. канул и рождественский рассказ. Возможно, он вернется в полной мере, когда возродится традиция. Возможно, рассказы не будут такими формальными, какими стали в начале ХХ в., когда начинающие журналисты строчили их, чтобы подзаработать. Но пока нет рождественских рассказов, лучший выход — читать Библию. Уж там-то все точно приличествует случаю. Для чтения детям существуют специально адаптированные Библейские тексты — эти рассказы способны захватить ребенка больше, чем повествование о хорошей и послушной девочке.